Как я служил в нашей армии. Часть 1

 

Аэромобильные войска

Вступление.
Все имена изменены. Любые совпадения случайны.

В начале мая 2007 года «небесная контора» послала мне серьезную аскезу — я был призван в армию: в Аэромобильные войска (ВДВ). Армейская служба кардинально «откорректировала» мою личность. В войсках, несмотря на достаточно жесткое соблюдение устава и в целом нормальные условия службы, мне было очень тяжело. Тем не менее сегодня, по прошествии 3,5 лет после дембеля, я с уверенностью заявляю: о том, что я отслужил — нисколько не жалею. Я даже этим горжусь.
Активно истаптывая солдатские берцы, я поставил себе цель — по возвращению домой написать небольшую книгу о том, как я служил в армии. Вернулся, начал писать. Однако со временем желание охладело и воспоминания притупились. Но кое-какой написанный материал уже был готов.
Отчетливо понимая, что книгу выпустить у меня явно не получится — я рад, тому, что армейские записки, пока я всё не забыл напрочь, можно выложить в интернет. Не смотря на то, что сегодня чтение по сравнению с просмотром видео не выдерживает никакой критики, уверен — читатели у этой повести найдутся в любом случае.
В общем, привожу к вашему вниманию самые основные моменты моей службы, зафиксировав их в виде коротких постов. Если возникнут какие-либо вопросы — с удовольствием отвечу на них в комментах. (Прикол в том, что изначально все шло именно к тому, что эта повесть обнародуется именно в формате блога) ))))))

********
…Первые числа мая 2007 года. Я, полгода как выпускник одного из университетов, хожу (а больше — тупо сижу дома) и грущу без работы. Её, в моем родном райцентре, найти не реально. Никому я, как сраный молодой специалист, без стажа, не нужен вообще никак. Мне остается только одно — идти в армию (после нее, как показывает практика, шансы трудоустроиться возрастают в разы). Но и тут возникали проблемы — осенью меня не взяли по состоянию здоровья (не помню уже, что там выявили у меня врачи). Вся надежда на весну.
Необходимо сказать, что, несмотря на то, что в 2007 я был по сути реальным «сорняком» — самомнение у меня было очень высоким. Я на 200 % считал себя очень умным, крутым и «прохававшим» жизнь молодым человеком. И вот меня забирают в армию…
Медкомиссия, ночь в военкомате, пеший марш-бросок на вокзал. Погрузка в вагон № 13 алматинского поезда. Поехали!!!

********
…И вот мы вышли из вагона и ступили на перрон. Южная столица Казахстана, — город Алматы. Вокзал сверкал огнями, стеклами и лужами на черном асфальте. Нас построили и повели к «Уралу», что стоял у выхода в город. Там нас поджидал какой-то длинный, худощавый капитан, который что-то орал. Все быстро залезли в крытый кузов и машина поехала.
Состояние было не из лучших. Видимо, сказывались: дорога, акклиматизация. Ну а больше всего — непосредственное осознание того, что я — в армии. Все. Я — в армии. С самого детства нас пугали, что армия, дедовщина — это страшно и вот я через несколько минут стану солдатом. И впереди еще целый год, 12 месяцев в «сапогах».
Мы ехали и подавленно молчали. В разномастной, гражданской одежде, с сумками, в которые мамы, бабушки — заботливо уложили все, что надо и не надо: от бритвенных станков и носков, до пирожков и варенья. Все это, как выяснится позже, — нам не пригодиться — все растащат «дембеля».
Нас сопровождал человек в форме, с тремя лычками на погонах. Он сидел с нами в кузове, на вид ему было лет двадцать, и вид у него был важный, лицо, порой, изображало крайнюю презрительность. Я думал: «Вот он: один из дембелей. Скоро они будут нас избивать…» Это был контрактник — кадет, но, но как выяснилось, то, что это дембель, думал не я один.
Ехали мы, помню, что-то долго. Из машины было видно дорогу, дома, многочисленные машины и, кое-где, в отдалении — величественные горы…
…Плутали, где-то заворачивали. Зелень, лужи, колючая проволока…
Я сидел на полу — места не хватило. Вымазался в грязи. Нас, североказахстанских, было — 26 человек.
И вот КПП части. Красно-желтый шлагбаум, асфальт, казарма. Перед глазами все кружится как на карусели. Много зелени, очень много зелени. Огромный, как казалось тогда, плац. Лужи и запах озона. Воздух совсем иначе пахнет чем в Северном Казахстане. Свежо, но с каким-то пряным оттенком. Кто-то из контрактников курил синий «Sovereign», так и этот насквозь знакомый запах дыма отдавал чем-то другим, незнакомым чем-то. Приятным, но безнадежно чужим… Нас построили на плацу. Стали распределять по ротам. Я попал в первую роту…

********
РМС — рота молодых солдат. Где-то это называется: курс молодого бойца, карантин, однако смысл один — это учебка.
По прибытию в часть нас стали распределять по ротам молодых солдат. Мне, очевидно, как и всем остальным, все было в новинку и очень тяжело физически и морально. Однако психологического давления, того, от которого не хочется жить — не было. Нас дико муштровали, но не «убивали».
Строевая подготовка, разучивание строевых песен, физическая подготовка — основные лейтмотивы РМС.
…Плац, каждый миллиметр которого безжалостно залит ярким южным солнцем, пятиэтажная казарма, беспрестанный обильный град пота, разъедающий глаза. Асфальт, бетон, стекла окон офицерского общежития.
Нечего и говорить о дикой жажде, мучавшей при занятиях на плацу.
Ныне некоторые подробности забываются, но когда выуживаешь из недр памяти что-то конкретное — слегка удивляешься, что все это было с нами.
В последние дни РМСа случился следующий инцидент.
Когда рота «отбивается» — форму одежды все должны надлежащим образом складывать на табуретки. Все так и делали. Но в одно из утр, всю роту подняли по тревоге ( Как позже выяснилось: один из солдат, по непонятной причине не оставил свою форму на табуретке, а спрятал ее в тумбочке ). В результате всех выгнали на плац и началась сумасшедшая физическая зарядка. Мы бесчисленное количество раз отжимались, делали «джампики» («американская бабочка»), бегали вокруг плаца. Короче, уже где-то в середине этой «зарядки» — просто сохранять вертикальное положение тела стало затруднительно. В общем, если бы кто-то уважаемый и серьезный сказал бы, что мы уже реально умерли и попали в ад — по крайней мере, я бы поверил точно.
Остальные роты молодых солдат стояли в очереди в столовую, — уже даже позавтракали, а мы все бегали. С высокомерием, правда, поглядывая на них, типа: вот мы — настоящие десантники, а вы — так.
В учебке случалось множество приколов и смешных ситуаций. Все это я пытался запоминать, однако очень многое уже забыл. Наверное, потому что в дальнейшие месяцы было вовсе не смешно. И это правда.
А так: каждое утро начиналось неизменно. Подъем, запрыгнули в штаны и берцы, натянули майки, откидка одеяла — построение перед казармой — физо.
Умываться и справлять нужду не разрешалось, поскольку самое главное было — как можно быстрей построиться и ждать дальнейшей команды.
Неизменная пробежка (о стертых в кровь берцами ногах и говорить не хочется), комплекс упражнений и возвращение в расположение. Кстати бегать было достаточно легко — курить строго запрещалось.
Наши старшие — сержанты-кадеты нас в меру жалели, правда, когда иначе уже было и нельзя. Помню: бежим, мы бежим, а сержант роты Ахметов дает команду: «Стой! На пра — во! К забору — шагом марш! Расстегнуть штаны!» — И все быстро расстегивают пуговицы ширинок и с огромным облегчением мочатся на стену бетонного забора. И тут я отстраненно смотрю вокруг ( все еще глазами гражданского, преисполненного романтикой армейской жизни человека) и очень сильно жалею, что у меня нет сотового телефона с видеокамерой, что бы заснять все происходящее. А снять действительно было что: сотня человек в одинаковой форме, все как один — лысые, самозабвенно писают на забор. Ну чем не супер-прикол на телефоны? 

источник

 
 
 

0 Comments

Будьте первым кто оставить комментарий.

 
 

Оставить комментарий